February 24th, 2018

me

23 февраля

Проснуться от холода, увидеть солнце в окна. Включить отопление, вытащить себя за пятки из-под одеяла. Спросить громко:
- Я одна штоле?
Услышать из соседней комнаты Дашкино:
- С добрым утром!
Увидеть на столе отъетый кем-то из дочерей пирог - ура, значит, ничего получился, норм. Допинать себя до ванной, сделать зарядку, чувствуя, как настроение постепенно отряхивается от сна. Работать. Работать. Ещё немножечко поработать сверху. Смотреть, как облака затягивают солнце, договариваться с собой на погулять. Долго разглядывать шмотки в собственном шкафу, расстроиться от невозможности выбрать, надеть привычное, выйти. Бежать, фотографировать, мёрзнуть руками до сверенных пальцев, ругаться беззвучно на туристов - чо вот они, другого места не могли найти постоять! - свернуть у "Лондона", бежать вниз, ворчать себе под нос всякое бубубу.
Пнуть носком ботинка, посмотреть, что пнула. Наклониться. Выдохнуть.


В моём детстве море всегда было ненадолго - как подарок, отданный не навсегда, как сказка, которую обязательно нужно забыть, как самый любимый человек на свете, с которым почему-то можно только видеться, а жить вместе - нельзя. И, приезжая к морю, первые дни я просто радовалась - но когда пробытых становилось больше, чем оставшихся, начинала тосковать по невозможному. Смотрела на эти шарики на кипарисах, поднимала их с земли, спрашивала: мама, почему мы не можем тут остаться? Говорила: мама, давай останемся тут насовсем? Вздыхала: как бы я хотела тут жить.
И я подбираю этот шарик сейчас, и поднимаю взгляд - и вижу угол дома, прежде невидимый из-за рекламных щитов, и думаю машинально: болгарское переосмысление чешского модерна, Дабко Дабков строил, не иначе, - и счастье проходит сквозь меня как электрический ток.
Вечером я сижу по уши в материалах по Сурве, уверенная, что никогда не напишу ничего одновременно интересного и толкового (приходится перечесть свои же статьи, чтобы разогнать морок); в паузе между работами открываю фейсбук - и попадаю на видео "Съёмки Варны с квадрокоптера", смотрю и улыбаюсь: сколько здесь построено такого, на что сверху интересно смотреть.

ПыСы: на московский номер пришла смска от МЧС: завтра воздержитесь от выхода на улицу - в Москве обещают шквальный ветер и минус тридцать два градуса. Сильный гололёд.
Господи, спасибо тебе за милости твои!
me

24 февраля - большие надежды

Сегодня две трети "Перелётного чердака" вместе с проектом "Ходи-смотри" ездили в Ямбол - ходить и смотреть.
Там шёл предпоследний день фестиваля "Кукерландия", фактически - закрытие сурвы года.
И мы там гуляли. Прошли весь парк вдоль и поперёк и наискосок, всю пешеходку, увешанную флагами; всё поразглядывали и попробовали; наслушались шума и звона, насмотрелись плясок; напились горячего - очень разбавленного - вина; а я я зарубок понаставила - вернуться в тёплое время года и разведать музеи, - и приросла колечком взамен любимого хэлпера, потерявшегося несколько дней назад. Очень, знаете, неприятно оказалось постоянно натыкаться на пустоту там, где привыкла вертеть колечко; гладила большим пальцем средний и думала: кажется, хорошо, что обручального так и не случилось, наверное, это было бы ещё грустнее. Три дня так думала, а сегодня на ярмарке на нас напал прилавок с мельхиоровыми кольцами (так было приятно загребать их, как царь Кощей - злато), и Стрейнджер выловил оттуда пёрышко - широкое, но тонкое, - и потом ещё резной листик, совсем девчачий, и ещё лист папоротника - три кольца моей любимой формы; я примерила все три, и перо легло как родное, и даже ощущение от него почти такое же, как от потерянного хэлпера.
Кручу его теперь, верчу, перенадеваю с пальца на палец. Думала, пожалею, что не унесла все три - но нет; а ещё ко мне из США летит новый хэлпер - потому что я хочу снова носить цеховой знак.
Вечером болтали с подругой - унесла от неё отличную картинку о зимнем Подмосковье и о пяти длинношёрстных таксах, прибывающих, но не уходящих, и вылетающих из снега шерстистыми лающими стрелами.
Хороший получился день, даже четыре: поезд туда, Ямбол, крепкий сон под разговор соседей на обратной дороге и спокойный вечер дома. Удивительное ощущение, когда поезд был уже дважды, при этом а) всё ещё сегодня и б) дома всего лишь восемь вечера.
(на обратной дороге почувствовала себя персонажем очень странного фильма. Сначала в купе вошёл юноша - обычный совершенно, чёрная куртка, короткая стрижка, симпатичный, такой, условно нормальный парень; потом - пожилой джентльмен в бежевой парке, кремового цвета тёплом костюме с пиджаком, при вязаном жилете в тон и при галстуке приятного зелёного цвета, разделся, устроился, достал книгу; парень поинтересовался, что джентльмен читает;
- А вот сами и взгляните, молодой человек, - ответил тот. - И если возникнут у вас вопросы - что ж, поговорим, как разумные существа.
Я прыснула, отозвалась "браво, господине", - на что джентльмен продолжил:
- И, как разумные существа, мы способны к простейшим логическим выводам на основе известных нам фактов. Вот например, молодой человек, что вы ответите мне, если я начну утверждать, что Кърджали - единственная община в Бургасе?
- Нуууу... - протянул парень, которому явно не хотелось отвечать невежливо.
- Не бойтесь, отвечайте прямо на основании известных вам фактов.
- Известные мне факты говорят - нет.
- Вот! Бургасская область - единственная ли в Болгарии? А Болгария - единственная ли страна Европы? А Европа - единственный ли континент Земли? А Земля - единственный ли мир в сотворённой Господом Вселенной? Простейшие логические умозаключения, никакой фантастики! Вы спросите меня...
- Почему эти разумные существа ещё не вышли с нами на связь? - кивнул парень, и, пока я думала, встрять или не встрять со всем, что я знаю о космическом мусоре, джентльмен продолжил:
- Именно! И я отвечу вам, что Земля - единственный из известных мне миров, в котором существует грех, смерть и такая плотная физическая жизнь. Мир карантина. Мир искупления. Понимаете, о чём я говорю? Этот мир изолирован от внешних... - тут мы проехали очень громкий участок дороги, и я услышала только следующий вопрос парня:
- Возможно, время пока не пришло? Наша цивилизация ещё слишком примитивна?
- Дело не во времени, и я не могу назвать это цивилизацией. Вы видели на пачках сигарет надпись "курение убивает"? Какое разумное существо будет производить отраву, писать на ней "отрава" и продолжать поглощать отраву? Вы уверены, что это можно назвать цивилизацией?
- Нуууу, люди не могут отказаться от дурных привычек...
- Меж тем, убивают - не сигареты. Убивает - зло, - сказал джентльмен, и тут мы снова проехали гремящий участок. Мои случайные спутники договорили и замолчали, уткнувшись один - в телефон, а другой - в книгу; я ещё некоторое время потратила на то, чтобы запомнить их диалог, а после - уснула).

Это - самое первое впечатление о парке в Ямболе:


А это - две ссылки, которыми я приросла благодаря подруге: фотограф-реалист и художник-гиперреалист.
И да, что вы думаете о гиперреализме?