me

верхний пост: чем я занимаюсь

Я соавтор Макса Фрая по кулинарной книге 18+ "Вся эта кухня" и ужасно этим горжусь. У меня две дочери, четыре кота, несколько блогов и планы на будущее лет на двести вперёд. Я живу в Варне и с удовольствием вожу по ней как жителей, так и гостей. Я дипломированный экскурсовод по Болгарии, а с лета 2019 года мои экскурсии можно заказать на сайте Трипстера.
Collapse )

Что ещё я делаю:
Вместе с Александром Шуйским - пространство осмысленных бесед "Перелётный чердак", вместе с ним и Катериной Романенко - книжный клуб "Тихий омут".
Моей бижутерной марке "Наши бусики" - больше десяти лет, начиналась она в ЖЖ.
Также я веду проект "Ходи-смотри", который задумывался как страничка объявлений о моих прогулках, а перерос в клуб неутомимых прогульщиков и зырителей.

Если вы хотите поддержать любой из моих проектов -
пейпал krisia.ivanova@gmail.com
виза Сбербанка 4276380083820659
me

мои длинные статьи со множеством картинок

Про Варну.
Современное:
Музей кукол в Варне
Обзорная экскурсия по Варне
FAQ для тех, кто приехал ненадолго: как добраться из аэропорта, где круглосуточные магазины, куда идти гулять (статья без картинок)

Историческое:
От сотворения мира - до двадцать первого века (очень коротко об истории города).
Ну как тебя зовут? - об имени Варны.
Варна перед Освобождением
Варна перед Освобождением, часть вторая
Иностранные консульства Старой Варны
Отели Старой Варны
Приморский парк

Уличное искусство в пространстве современного города:
Introduction: здесь - так.
Part I: первый уровень - порт, вокзал, пляж и парк.
Part II: третий уровень - Идеальный Центр.
Part III: второй уровень - Старый Город.
Part IV: ещё второй уровень - Старый Город (в один пост не вместился).
Part V: квартал "Чайка и Предмостье.
Part VI: что изменилось за год.
Стена у пляжа Кабакум

Руины:
Одессос, что под Варной - прогулка по археологическим раскопкам, март 2019.
прогулка на Джанавару
Монастырь царя Бориса-Михаила в местности Караач-Теке

Про Болгарию вообще
Староболгарские столицы - Плиска
Староболгарские столицы - Великий Преслав
Мадарский коник
Третье Болгарское царство
Маленький кусочек Сурвы-2015 в Пернике
me

13 января - старые фото

У папы — серые глаза, у мамы — карие.
У мамы — мелкие черты лица. Аккуратненький — не нос, а носик, - губы идеальной формы, высокие скулы. Вся мамина родня — невысокие, тонкокостные. Женщины — хрупкие, с крошечными руками и маленькой грудью, мужчины — жилистые и узкие. К старости бёдра женщин тяжелеют, лица стекают к подбородку, скулы сглаживаются. Мамина порода звучит как птичий щебет — тирлим! тирлим! Мама похожа на свою сестру, они обе вместе — на свою мать. Я смотрю на маму — и вижу бабушку, какой я её помню.
Я думаю о маме — и вспоминаю старое фото. Мама в синем клетчатом платье — в талию, чуть расклешённая юбка, узкий короткий рукав, похоже одновременно на наряд и на форму. У мамы короткая стрижка, бабушкины серьги, она смотрит вбок и смеётся.
У неё вообще не изменился голос. Такой же, как в моём детстве — густой, сильный, дребезжит, когда она смеётся.
Я смотрю на маму на экране мобильника и думаю: то ли ты была крупнее, то ли я — мельче. Какое у тебя сейчас всё маленькое — ручки, плечики, пальчики.
У папы — внушительный нос, большие глаза в складках век, широкие скулы, узкие жёсткие губы. Папина родня — крупные, кряжистые. У женщин — крупная кость, широкие плечи, большая грудь; мужчины с возрастом полнеют посредине, наливаются солидностью, утрачивают живость. Папина порода звучит как мощный аккорд, как ТАДАМММ, взятое на органе.
Я смотрю на племянника и думаю: зачем ты копируешь деда, ему семьдесят, он именно поэтому так тяжёл, уверен и спокоен. Тебе — двадцать пять, тебе положено прыгать мячиком.
Я молчу.
У нас с сестрой одинаковые голоса, нас путали по телефону. На лицо не путали никогда. У сестры — папины губы, мамина яркость глаз (не карие, но очень тёмно-серые), от папиной родни — широкие плечи и индийский бюст, от маминой — однозначная женственность. У меня от папы нос, от мамы — губы, от папиной женской линии — плечи и грудь, от мужской — склонность к грузной полноте. Я думала, что на этом — всё, что остальное — дедовский коктейль, слишком мелкие кусочки паззла, не разделить, чьё где.
Я смотрю на фото, где мы с сестрой, и мама младше, чем я сейчас, и папа моложе, чем сейчас моя сестра. У меня — лицо моей младшей дочери. У моей сестры — выражение лица и взгляд моей старшей дочери. Мама стрижена как я сейчас, чуть длиннее. Папа улыбается, как моя сестра. Шуточки у неё — мамина точность, папин напор. Бабушка похожа на маму сейчас.
Я смотрю в зеркало — и вижу только себя.
me

12 января - читательский клуб и другие сказки

Сегодня в "Тихом омуте" полтора часа говорили о сказках. Вечером села поработать с бусами - включила то, что давно хотела посмотреть и всё никак не собиралась, "Залечь на дно в Брюгге".
Сказка - пиздец. С белокурым ангелом, волшебным порошком, кровищщей, обдолбанным карликом, и бесконечной готовностью отдать жизнь за свои ценности. Бесконечной - и бессмысленной.
Со сцены на колокольне я смотрела это кино как сказку, а до того - как европейский вариант ностальгического фильма моей юности, "шампанским этот вкус не перебьёшь" - так что для равновесия посмотрела коротенького Хэллоуинского Шрека.
И теперь в моём лексиконе есть фраза "далеко ли ты убежишь по смазанной маслом тарелке в розовой пачке, сомбреро и лифчике из кокоса", а также прозвище "вафля-осложорка". Дивный мультик.
Январь, пора пересматривать то, что радует. "Последний киногерой" - уже :)
me

11 января - лежать

Вчера днём:
- У тебя какие планы на завтра?
- Лежать. Под пледом. Я лежала под одеялами весь день первого января. И вспоминаю об этом с восторгом, нежностью, почти с вожделением. Так что завтра у меня будет день отдыха. Я встану с утра без будильника, ничего не буду делать, кроме писать, а потом поем и снова лягу.
Вчера вечером, после трёхчасовой обзорной экскурсии и длинной бодрой прогулки ещё на два часа:
- Всё, я пошла лежать. Начну прямо сегодня. Никуда завтра не пойду. И работать не буду!
Сегодня:
- Я через полтора часа закончу дневной блок работы и пойду за сигаретами, хочешь прогуляться?
- Нет, спасибо. Я работаю.
- Хорошо мы отдыхаем, качественно.
Зато:
- выспалась - проснулась в час без будильника;
- сделала себе чистый дом под умеренно интересную лекцию;
- написала дневную норму;
- сделала две текстовых работы - за сегодня и за завтра;
- отсняла и упаковала цацки (осталось надписать);
- собрала с Викой шкаф из Йиска - дело сделано, Пуцтойфель машет хвостиком;
- и сигарет купила, конечно; вышла прицельно за ними, нашла себя через полтора часа совершенно счастливой среди улиц, на которые обычно не попадаю, и почему-то в остром приступе тоски по барокко.
Хороший получился выходной.
me

6 января - без одной фразы

Эмалированная кружка - большая, полулитровая. Широкая плоская ручка. Ободок слегка покоцан - чашка старше меня; не знаю, откуда она у мамы. На голубом боку - синий василёк.
Мне нравится её форма - шире чем выше; другие кружки выглядят иначе, а эта - необычная.
Её можно ставить на огонь, и каждый вечер в ней греют молоко. Спать идти не хочется, и я пью очень медленно, задумчиво болтая в кружке языком. На дне - точки молочной накипи. На плоской ручке с внутренней стороны - дырочка.
- Папа, зачем это?
- Чтобы, когда сгибают, воздух вышел.
Папа рассказывает о сопротивлении материалов. Мне пять лет, и мне всё равно, что слушать - все папины истории звучат как сказки.
- Хорош уже болтать, допивай и спать иди, - говорит мама.
На плите - ковшик, большой, эмалированный. Голубой с синим васильком на боку. Старший брат чашки. В нём варятся яйца. Под ковшиками синим бисером пляшет огонь. Мама снимает ковшик с огня, поворачивает кран на раковине, другой рукой синхронно выключает газ. Ставит ковшик под холодную воду.
- Чтобы яйца сжались, - комментирую я.
Родители смеются, я не знаю, почему; пытаюсь разузнать, но молоко допито, кружка вылизана - и меня отправляют спать. Перед сном повторяю себе то, что насмешило родителей, не нахожу смысла и решаю попробовать на других взрослых: если сказать дядесаше и тётеоле "а вы знаете, что яйца от холодной воды сжимаются?" - что они сделают, рассмеются или нет? А если рассмеются - то потом скажут "никому так не говори" или "не болтай ерунды"? Если "не говори" - это политическое, если "не болтай" - то про любовь.
______

Эмалированные кастрюли, алые, с жёлтым цветком на боку. Красивее нет на свете. Большая - для супа. Поменьше - для компота, ну или там котлеты складывать. Широкие и плоские, шире чем выше. Не такие, как в детстве - те были выше чем шире. Крышки на них тоже другие - вставляются, а не надеваются. И ручки сверху - пластиковые, не нагреваются, не надо судорожно искать прихватку. Взял, отставил, перемешал. Ручки у кастрюль большие, как уши лопухами. Кастрюли смотрят на меня, улыбаются. Внутри супной - борщ, тот же, что и передо мной в глубокой прозрачной тарелке. Внутри компотной - чёрт его знает, что; на чужой кухне по кастрюлям шарить - невежливо, даже если ты помнишь эту кухню лучше, чем своё отражение в зеркале.
- А как тебе размер кусочков? Посмотри! - сестра указывает на мою тарелку, я погружаю ложку в борщ и внимательно смотрю, что наловилось. - Всё одной толщины!
Еда на ложке правда нарублена длинными одинаковыми брусками. Сестра вскидывает вверх кулак:
- Овощерезка Бёрнера!
Этот победительный жест я знаю из видеофильмов, машу в ответ:
- Юху!
У сестры дома всё иначе, чем было при нас. Они с мужем сначала разрисовали, а потом переклеили обои. Привезли новые вещи. Светлое вместо тёмного, зелёное вместо коричневого, красное вместо синего. Негатив? Светофильтр? Просто другая жизнь. На косяке - метки, мы с сестрой сравнялись в росте и больше не дерёмся.
Пианино переехало на новую квартиру, к родителям - никто не знает, зачем. Кружка и ковшик уехали тоже, и голубые с васильком кастрюли.
Красные сестрины красивее - и, приглядевшись, я решаю, что они слишком чудные. Надо долго привыкать.
______

Шпили, острые шпили готических башен. Я впервые в жизни в Европе, в моё сердце втыкается каждая башенка с луковичкой на шпиле, мои глаза текут по моим же щекам, небо плывёт и дробится. Я останавливаюсь. Дышу. Под моими подошвами - брусчатка, из-за поворота звенит рогатенький, я вскидываю камеру, делаю пятнадцать быстрый кадров. Ещё десять лет мне не удастся выбрать лучший из них - они одинаково неудачные и одинаково бесценные, как полуграмотное любовное письмо.
В сувенирной лавке я трогаю марионеток и сразу после этого вижу надпись "пожалуйста, не трогайте марионеток, если не хотите их купить". Нет, живую куклу я не хочу, но хочется себе чего-то особенного, пражского, чего-то, что согреет сердце и снова его разобьёт.
Записные книжки в лавке при Шекспире.
Разноцветные цацынки на уши и шею.
Магнитики (уносим целый ворох, не в силах выбрать).
Кружки. Эмалированные жестяные кружки всех цветов и размеров. Как цилиндры. Как бочоночки. Как шляпы. Как кружищи для великанищей. Как круженьки для гномиков. Как молочники. Как кофейники.
Я тянусь к одной - шире-чем-выше нет пусть цилиндр - голубая-с-влтавой - нет - оранжевая-с-домиком нет-красная-с-таксой-нетсиняя - боги мои дайте мне сил...
- Тебе зачем?
Я оборачиваюсь, привычно думая: господи, и почему ты не создал меня мужчиной великих достоинств, вот щас была бы гифка "всё упало", мы б поржали.
Выдыхаю. Говорю:
- У меня в детстве была такая - ну почти. Любила её очень.
- Да ну, из неё совершенно не удобно пить, дурацкая вещь. Нагревается мгновенно.
Я смотрю на чашки.
Да, кивают они. Мы - дурацкая вещь. У нас ободочек специальной краской в три слоя залит. Мы тебе руки согреем, а губы - не обожжём. Мы лёгкие и яркие. Купи меня - нет, меня, - нет, меня, я самая дурацкая! только для придурков! - возьми меня с собой в парк, пей из меня шоколад, будет тебе счастье! И меня купи, гудит великан с носиком, я тебе пригожусь.
Потом - обязательно, - шепчу я синим, оранжевым, зелёным, брусничным, алым, фиолетовым, отворачиваюсь и ухожу.
______

Сто метров пупырчатой плёнки. Шестнадцать клетчатых "челночных" сумок. Тридцать икеевских коробок - по две в сумку. Одеяла и пледы можно сложить так.
- А красные кастрюли?
- Не возьму. Эмаль вся побилась, у супной крышка расплавилась. Свои стальные возьму.
- Так и скажи, что не любишь.
- Кажется, да. Не привыкла.
Стальные кастрюли, подушки и пледы, шесть корпусов от компьютеров, двое взрослых, две девочки-пока-ещё-не-подростка, три кота, - всё, кроме библиотеки, - садится в поезд и едет к морю.
Насовсем.
______

"Я уже скоро. Что тебе привезти?"
Я задумываюсь. В конце концов, я правда такую хочу. Мне сорок три, я могу себе позволить яркую лёгкую прихоть - да и вообще, это нормально: попросить друга привезти из Праги нормальный местный сувенир, их все друг другу возят и фотографируются с ними в инстаграме.
"Вообще есть одна штука - я когда была, упустила купить, а потом пожалела".
_______

Открывает чемодан, протягивает мне:
- Твой новогодний подарок.
Я знаю, что в пакете.
Правда же, если попросить кружку, в пакете может быть только она?
Но почему такой большой?..
Я запускаю руку внутрь, вытаскиваю - её, не шире и не выше, идеальный цилиндр. Разрываю бумагу - любимый брусничный цвет, домики!!!
- Урааааа спасибоспасибоспасибо!
- А разве ты такую хотела? Я думал - ту...
Я сглатываю - и достаю из пакета вторую.
Освобождаю от бумаги.
Литровую. С треугольным носиком.
Любимого синего цвета.
С домиками.
Большую, чтобы варить шонибудь на плите.
Идеальную пару брусничной.
Через некоторое время в ушах перестает звенеть.
______

Я сижу за компом. Брусничная стоит передо мной - я пила чай, пока она грела мне руки, а потом опустела, - синяя сидит у меня на коленях, как кошка. Кот Туман стоит над ней на столе и смотрит.
На меня.
На кружку.
На меня.
На кружку.
На меня.
me

31 декабря - всё-таки зима

Вот и пришло то время, когда дома тепло, только если включить отопление.
А знаете, зачем похолодало?
Из-за экстремально тёплой осени медведи в горных лесах не могли уйти в спячку.
Ящетаю, лучше три недели холода, чем непоспавшие медведи.
Спасибо, дорогая реальность, за шесть месяцев лета и осень в декабре. Пусть теперь мишки заснут.
А потом чтобы сразу тепло, такое, чтобы их не разбудить. Пусть у мишек - минус три, а у нас - плюс двенадцать.
Очень, знаете, мёрзнуть не обожаю.

Новый год мы с приятелями решили встретить на площади, повопить под фейерверк, выйти к морю, выпить с ним глинтвейна, погулять вокруг ёлочки - да и разойтись по домам. Дочери разбежались - каждая в свою компанию; хорошо, подумала я, некому будет требовать с меня оливья и шуб для рыб. Вообще готовить не буду, куплю кусок мяса на ужин (когда дошла я до плиты - тогда у нас и ужин).
Шла домой - не удержалась, забежала в русский магазин. Вынесла оттуда жертву традициям - целый один салат (корейскую морковку) и килограмм вкусных пельменей. Думаю: очень празднично, больше ничего не нужно, ещё сигарет купить - и сразу домой.
Трах, бах, затемнение, спустя полчаса выхожу из Биллы с двумя мешками продуктов. Дома пока искала, чего бы сожрать по-быстрому, сварила кастрюлю яиц и другую - куриного бульона. Я - подсознательный традиционалист, поняла я, зыря на это всё.
Утром, пока разминалась и растягивалась, натворила из бульона два лотка холодца, а из яиц - большую мису рыбного салата, всё ещё нечётко зная, кому эта жертва назначена. Заодно и глинтвейн попробовала.
Настаивать глинтвейн в термосе - одурительная идея. За ночь вино с приправами и яблоками и цедрой превратилось в нектар, сбивающий с ног и утихомиривающий бурю. Карочи то, что надо для нового года.
День медленно катил к закату. И в тот момент, когда я уже напилась, но ещё не позавтракала, прибежала старшая дочь - поесть и переодеться перед праздником.
Один лоток холодца и почти весь салат унесёт с собой на тусовку мой прекрасный старший ребёнок.
Вот и здорово, решила я.
И сразу после этого где-то внутри организма зазудело желание поставить картошку вариться.
Тогда в любой момент можно будет нарубить оливья. Все остальные продукты для него у меня совершенно случайно уже есть.
me

31 декабря - последний день года

В этот год вместилось минимум три - потому что, например, в Стамбул с любимыми друзьями в марте ездила позапрошлогодняя я, а в Тырново в октябре с коллегами - прошлогодняя, а последние три месяца - это целый год по ощущениям и событиям (и по погоде тоже: весна-лето-осень-зима, всё вместилось в последние три месяца).
Так что за этот трёхлетний год я:
- работала на плантации;
- побуждала дам пенсионного возраста лазать через забор в городской двор;
- водила людей полтора километра по трассе зырить на граффити;
- заставляла доверившихся мне подниматься на вершину холма по стёртым ступеням средневековой лестницы;
- таскала полусонных детей в точку пересечения восьми миров;
- увозила тёплых спутников в зимний город и вдохновляла гулять под дождём;
- обязывала живых прикасаться к саркофагам и надгробным плитам;
- рассказывала художникам за искусство;
- плакала на глазах коллег, не стесняясь ни секундочки;
- впервые в жизни всерьёз была на профсоюзном собрании и поняла, зачем они вообще нужны;
- взяла живых людей худеть с моей помощью; заставляла их есть, снова и снова;
- развернулась лицом к своему фамильному прошлому и нашла, что оно интересное;
- много, часто и с удовольствием общалась с мамой;
- молчала, когда хотелось говорить, и говорила, хотя должна бы молчать;
- видела синий свет и жёлтый свет, и живое серебро; побывала там, где человек никак не может быть.

Прожила каждый из трёхсот шестидесяти пяти дней этого года - в слезах и в радости, вдохновенно и горько, иногда была ловкой и безупречной, иногда - неловкой и неуместной; ошибалась, просила прощения; делала невозможное, хохотала от восторга. Безусловно и неотменяемо жила, ни одной секундочки не было такой, чтобы хотелось перемотать до "настоящей жизни".
В следующем году будет на день больше, так что я хочу прожить все триста шестьдесят шесть, каждую секундочку; отмахать тысячи километров в разных компаниях - с близкими друзьями, с незнакомцами, с привычными компаньонами, в одиночку, с дочками. Хочу создавать впечатления и воспоминания, хочу играть этот спектакль среди холмов, саркофагов, фресок, скальных храмов, крепостей и немножечко замков, хочу много и вкусно работать.
Хочу найти ту точку равновесия, которая "я есть я". И пусть сердце разбивается - такая у него работа.
me

24 декабря - поезд Кока-колы

Вообще-то я собиралась быть одинокой одиночкой в одиноком доме, из которого все разъехались на праздники. Но вчера отчего-то зашла в Биллу и купила килограмм муки, три пачки масла и полкило селёдки. Ещё думала - к чему бы это...
С утра проснулась непоздно, но и не рано, без будильника; с удовольствием отзанималась на балконе, предвкушая целый день в молчании... Тытыгым, тыдыц, клац, клац, дверь распахивается, вбегает старшая дочь:
- Мама, я дома на Рождество!
- А у меня и индейки нет...
- Куда нам с тобой на двоих целая индейка? Давай лучше что-нибудь испечём, поболтаем, поржём... У нас мука есть? Давай того печенья, как в прошлом году?
И мы дали.
Но сначала я нагулялась по городу. Хотела на почту и по делам, но в Сочельник был открыт только продуктовый, где мне выдали коробку чая и пожелание на следующий год.
Так что я вернулась домой, заварила клубничный чай в домашнем термосе (у нас теперь всегда время пить чай) и намыла дом.
А потом мы развели рождественскую пекарню.
Колакакор, хаврекакор, земелах и лимонные сконы. И литр горячего чая.
Время к полуночи. Я изображаю скульптуру "Ленин, держащий на руках свой живот". Даша спит. Кошки спят. Кот бодает и трогает меня лапкой: чеши, мол. На подоконнике горят две икеевских свечки. По небу летит Санта - и совсем скоро он будет дома.
К Рождеству.
me

20 декабря - конец года

Два месяца назад:
- Ваня, в декабре делаем церковное вино.
- А, это, сладенькое?
- Кагор, медвежья кровь, кадарка, тебе лучше знать, какое. Кто тут вообще винный мастер?
- Ты мне через месяц напомни.

Месяц назад:
- Ваня, в декабре делаем церковное вино.
- Окей, я узнаю, кто сейчас производит. Позвони мне через пару недель.

Неделю назад.
- Ваня, в следующую пятницу делаем церковное вино.
- Слушай, я узнала - его сейчас почти не делают. Три винарни на всю страну; двадцать лева бутылка, если ты не церковь; и купить можно только ящик. А ящик мне брать невыгодно, наша публика сладенькое не понимает.
- Ваня. Я в тебя верю. У меня в пятницу - маршрут "Церкви и вина". Давай сыграем? Ты же всё можешь!
- Ай, ну что ты будешь делать. Позвоню знакомым, есть у них один поставщик...

Пять дней назад:
- Будет тебе кагор. Как надо тебе кагор будет. Делают только для храмов, я такую историю узнала - расскажу твоей группе, я сама не в курсе была. Будет тебе твоё вино. Веди группу.

И так мы с госпожой Ваней отыграли о-ху-и-тель-ный джем-сейшн.
Шесть варненских храмов.
Шесть болгарских напитков.
Лазоревые небеса Кафедрала.
Купаж белых вин из-под Сливена.
Армянское лицо святого Георгия.
Розе от Мельника.
Крошечный храм архангела Михаила со всем комплексом учительских и священнических домиков и колокольней в виде римской башни.
Мельник-55 - сладость и терпкость.
Малка Богородица, ушедшая в землю по окна, и могила красавицы Недялки при чешме.
Плотный насыщенный многослойный кагор "Благовест" (юху!).
Базилика, в которой служил епископом Амвлий, ученик апостола Павла и друг апостола Андрея.
Вишнёвка, сладкое ароматное десертное вино.
Огни свечей, цветные витражи, абрикосовая ракия - запах ярче вкуса.
И шёпот Тома за кадром: "Шкварок нажарю!" - патамушшта этот джем он снял на видео.
Будет у меня кино про работу.

А зиму нам налили - как надо зиму, плюс восемнадцать днём; я сегодня на балконе делала зарядку в тонкой рубашке. Фраза "...отмечаем новый год" отлично звучит под этим небом среди всей этой зелени.
Хороший Йоль.